О. Горелова, по рассказам В. Драгунского

Действующие лица:

ОЛЯ, взрослая

ДЕНИСКА, мальчик

Билетёр

 

КАРТИНА 1

Звучат звуки отходящего состава. ДЕНИСКА прячется за глобусом.

ОЛЯ садится на сиденье. Замечает Дениску.

 

ОЛЯ: Здравствуйте. (нет реакции, стучит по плечу) Здравствуйте!

ДЕНИСКА выходит.

ДЕНИСКА: Здравствуйте.

ОЛЯ: Ой, я не ваше место заняла?

ДЕНИСКА: Нет, что вы, здесь совершенно свободно. Было:)

ОЛЯ: Давай знакомиться. Я Оля. А тебя как зовут? А ты с кем едешь?

ДЕНИСКА: Я давно уже заметил, что взрослые задают маленьким очень глупые вопросы.

ОЛЯ: В смысле?

ДЕНИСКА: Вот раздастся звонок, мама откроет дверь, в комнату войдет новый взрослый (показывает на Олю).

ОЛЯ: А, я так понимаю — это я.

ДЕНИСКА: Ага. Он  наденет очки,..

ОЛЯ: Допустим.. (Оля ищет очки, натаскивает их на нос).

ДЕНИСКА: …увидит меня, и хотя он прекрасно знает, как меня зовут, он все-таки скажет: «Ну, Денис, как тебя зовут?» Ну, давайте говорите!

ОЛЯ: Тебя правда зовут Денис? (как Оля)

ДЕНИСКА: Да. Да, да.

ОЛЯ: «Ну, Денис, как тебя зовут?» (утрировано в зал, как представляемый взрослый)

ДЕНИСКА: Да, вот так, очень похоже! Конечно, если бы я был невежливый человек, я бы ему сказал: «Сами знаете! Ведь только что же сказали. Зачем несете несуразицу?» Но я вежливый. Поэтому я отвечу: «Денисом».

ОЛЯ: «А сколько тебе лет?» (утрировано в зал, снова как взрослый )

ДЕНИСКА: Как будто не видит, что мне не тридцать, что мне самое большее восемь, ну девять от силы, – зачем же тогда спрашивать?

ОЛЯ: Но у него свои, взрослые взгляды и привычки (уже как Оля, Дениске)

ДЕНИСКА: Да, и он продолжает приставать:

ОЛЯ: «Да? Сколько же тебе лет? А?» (в зал, голосом взрослого)

ДЕНИСКА: «Восемь с половиной».

ОЛЯ: «Скоро в армию! А?» «Что делается, что делается! Восемь с половиной! Уже! – А я тебя вот такусеньким знал!»

ДЕНИСКА: Вот такусеньким! Это в то время, когда я точно знаю, что во мне был пятьдесят один сантиметр в длину. У мамы даже такой документ есть. Официальный.

ОЛЯ: «Ах да! А кем ты будешь? А? Кем ты хочешь стать, когда вырастешь?»

ДЕНИСКА: Я-то, честно говоря, хочу заняться спелеологией, пещеры хочу исследовать, но я понимаю, что новому взрослому это будет непонятно, и, чтобы не сбивать его с толку, я ему отвечу, что «Я хочу быть мороженщиком. У него всегда мороженого сколько хочешь».

ОЛЯ: «Правильно! Так держать! Молодец! А ты что один в поезде-то едешь?»

ДЕНИСКА: Ну вот опять! (вздыхает, идет к глобусу, изучает реки)

ДЕНИСКА: Да, трудненько достаются мне эти новые знакомства! Но что поделать? Все дети проходят через это!  Не я первый, не я последний. (Оля снимает очки, вешает на воротник.)

ОЛЯ: ДЕНИСКА, ты что ли один едешь?

ДЕНИСКА: Да, один-один. Я уже большой.  Мне уже 8 с половиной.

ОЛЯ: А где твой багаж?

ДЕНИСКА: Так вот он!

ОЛЯ: Глобус? И это всё?

ДЕНИСКА: Посмотрите, какой он огромный. У меня больше ничего не влезло.

ОЛЯ: Ты считаешь, что это самая необходимая вещь в дороге?

ДЕНИСКА: Ну, мне же нужно знать, куда я еду.

ОЛЯ: А ты собственно куда едешь?

 

КАРТИНА 2

Звук приходящих сообщений в телефоне.

 

ДЕНИСКА: А Вам сообщение пришло.

ДЕНИСКА указывает на карман.

ОЛЯ: Давай на ты.

ОЛЯ достает телефон из кармана, утыкается в него. И всю последующую сцену смотрит только в него.

ДЕНИСКА: Давай. Кстати, а ты знаешь, сколько в озеро Байкал можно напихать Азовских морей? (стоит рядом, заглядывает в телефон)

ОЛЯ: Мне надо ответить, это очень важное сообщение.

ДЕНИСКА: Девяносто два! Здорово?

ОЛЯ: Здорово. Только не мешай, ладно?

ДЕНИСКА:  Ты художника Эль Греко знаешь?

ОЛЯ: Угу.

ДЕНИСКА: Его настоящая фамилия Доменико Теотокопули! Потому что он грек с острова Крит. Вот этого художника испанцы и прозвали Эль Греко!.. Интересные дела. Кит, например, за пять километров слышит!

ОЛЯ: Помолчи хоть немного… Хоть минутку…

ДЕНИСКА: Вот и мой папа не любит, когда я мешаю ему читать новости.

ОЛЯ: Твой папа?

 

Дениска выходит на авансцену, смотрит в верхний правый угол зала. Звучит музыкальная «тема родителей»

 

ДЕНИСКА: Ну, да, Папа. Но я про это всегда забываю, потому что мне очень хочется с ним поговорить. Ведь он же мой единственный отец! Мне всегда хочется с ним поговорить.

ОЛЯ: Резонно.

ДЕНИСКА: Папа! (Ревер) Ты не знаешь самую главную новость: на Больших Зондских островах живут маленькие буйволы. Они, папа, карликовые. Называются кентусы. Такого кентуса можно в чемодане привезти!

ОЛЯ:  Ну да? Просто чудеса! Можно я отвечу, ладно?

ДЕНИСКА: Отвечай, отвечай, пожалуйста! Понимаешь, папа, выходит, что у нас в коридоре может пастись целое стадо таких буйволов!.. Ура?

ОЛЯ: Ура.

ДЕНИСКА: А солнце стоит не в центре неба, а сбоку!

ОЛЯ: Не может быть

ДЕНИСКА: Даю слово, оно стоит сбоку! Сбоку припека.

ОЛЯ: Где это ты нахватался? Откуда? Когда? (наконец отрывается от телефона)

ДЕНИСКА: Я современный ребенок. Я читаю, интернет. Телевизор. (ОЛЯ убирает телефон)

ОЛЯ: Удивительно. Ты не мальчишка. Нет. Ты просто профессор! Настоящий профессор… кислых щей!

ДЕНИСКА: А что такое профессор кислых щей? В первый раз слышу такое выражение! Это он меня в насмешку так назвал – кислых щей? Это обидное?

ОЛЯ: Кто он?

ДЕНИСКА: Папа!

ОЛЯ: Папа? Что ты, это нисколько не обидное. Разве папа может тебя обидеть? Это он, наоборот, тебя похвалил!

ДЕНИСКА: Ну тогда ладно, раз он меня похвалил.

 

ДЕНИСКА рядом с глобусом, изучает море, маршруты. Глобус. ДЕНИСКА его ковыряет. Находит Сингапур. И внезапно говорит.

 

ДЕНИСКА: СИН-ГА-ПУР. А, расскажи-ка мне про Сингапур.

ОЛЯ: А почему про Сингапур? Я ничего не знаю про Сингапур.

ДЕНИСКА: Ну это понятно. Потому что это очень далеко. И туда плавают исключительно капитаны дальнего плавания. Я знал одного такого.

ОЛЯ: У него наверное большая борода? (Дениска выходит к Оле)

ДЕНИСКА: Ага, я тоже так думал: интересно, какая у него борода? Неужели растет прямо из шеи, как я видел на картинке? А трубка какая? Кривая или прямая? А кортик – именной или простой?

ОЛЯ: Капитанов дальнего плавания часто награждают именными кортиками?

ДЕНИСКА: Конечно, ведь они во время своих рейсов каждый день наскакивают на айсберги, или встречают огромных китов и белых медведей, или спасают людей с терпящих бедствие кораблей.

ОЛЯ: Тогда ясно, что тут надо проявлять смелость, иначе сам пропадешь со всеми матросами вместе и корабль погубишь.

ДЕНИСКА: А если такой корабль, как атомный ледокол, – погубить жалко небось, да?

ОЛЯ: А вообще-то говоря, капитаны дальнего плавания не обязательно ездят только на Север.

ДЕНИСКА: Есть такие, которые в Африке бывают. Вот мой ПАПА — капитан дальнего плавания – он в позапрошлом году приехал как раз из Сингапура. (подходит к Оле) Удивительное слово какое: «Син-га-пур»!..

ОЛЯ: Твой Папа — капитан дальнего плавания? (ДЕНИСКА начинает зевать, засыпать, ОЛЯ снимает ботиночки)

ДЕНИСКА: (пауза) Да. Я обязательно попрошу папу рассказать мне про Сингапур: какие там люди, какие там дети, какие лодки и паруса…Обязательно попрошу папу рассказать… какие… чайки… пальмы… волны…

ОЛЯ: Конечно, конечно. А сейчас давай-ка спи, а я еще посижу здесь, хорошо?

 

ОЛЯ достает укулеле. Песня «Спи».

 

КАРТИНА 3

ДЕНИСКА просыпается и спросонья начинает фантазировать.

 

ДЕНИСКА: Я в середине ночи проснулся от страшного рычания. Это, наверно, какая-то собака забралась на верхнюю полку.

ОЛЯ: Собака?

ДЕНИСКА: Ну да. Она рычала страшным образом. Ты что не слышала?

ОЛЯ: Я в наушниках уснула.

ДЕНИСКА: Понятно. Я подумал, что никогда еще не боялся собак и теперь нечего трусить.

ОЛЯ: Все-таки тебе уже скоро девять.

ДЕНИСКА: И я как закричу на нее: Спать! Спать сейчас же! И собака сразу замолчала.

ОЛЯ: Сразу? Она, наверное, дрессированная.

ДЕНИСКА: Я тоже так подумал! Но я все равно не мог уснуть и лежал в темноте с открытыми глазами.

ОЛЯ: В таких случаях обычно считают овечек.

ДЕНИСКА: У меня свой метод. Я стал повторять таблицу умножения на семь, от этого я всегда быстро засыпаю. И верно: не успел я дойти до семью семь 47

ОЛЯ: 49.

ДЕНИСКА: Какая разница — я почти уснул, но в это время с верхней полки собака опять зарычала. Да как!

ОЛЯ: Как? (В это время Оля достает корзинку с едой, берет яйцо)

ДЕНИСКА: В сто раз страшнее, чем в первый. (подходит к корзинке, заглядывает в нее) У меня даже внутри что-то забурли… в смысле екнуло.

ОЛЯ: Ты не против, что я пока перекушу? Ты уже позавтракал? (ДЕНИСКА отходит от корзинки)

ДЕНИСКА: Да. Так вот собака! Тут я вспомнил, что мама положила мне в дорогу пакет с едой. Я подумал, если эту собаку немножко прикормить, то она подобреет и перестанет на меня рычать. А у тебя яйцо всмятку или вкрутую?

ОЛЯ: Всмятку. И что ты ей дал?

ДЕНИСКА: Яйцо, нет, даже два – мне как раз не было их жалко, потому что они были сварены всмятку. (Оля убирает яйцо) И как только собака зарычала, я кинул ей оба яйца: «Спать! Есть! И сразу спать!» Она сначала помолчала, а потом зарычала так свирепо, что я понял: она тоже не любит яйца всмятку.

ДЕНИСКА подходит к корзинке, ищет, чего бы еще такого придумать. ОЛЯ достает огурец.

ДЕНИСКА: Тогда я метнул в нее…

ОЛЯ: Огурец? (убирает огурец)

ДЕНИСКА: Котлету. Дааа! Было слышно, как котлета шлепнулась об нее, собака гамкнула и перестала рычать. Я укрылся поплотнее и уснул… (ОЛЯ убирает корзинку)

ОЛЯ: А куда делся наш новый сосед с верхней полки?!

ДЕНИСКА: Высоченный человек с красным лицом и зелеными глазами?

ОЛЯ: Да.

ДЕНИСКА: Он рано утром сошел. Мне кажется, это был капитан дальнего плавания.

ОЛЯ: Как твой папа?

ДЕНИСКА: Папа? Нет, по-другому.

ОЛЯ надевает фуражку, покашливает, поправляет усы, преображаясь в капитана: Здравия желаю! (басом)

ДЕНИСКА: Да, никакой бороды на нем не было. Очень симпатичный получается у тебя капитан.

ОЛЯ: Спасибо! Честь имею

ДЕНИСКА: Но уж очень страшный у него голос. И потом, где же кортик? Ну, а трубка где? Все равно уж – прямая или кривая, ну хоть какая-нибудь!

ОЛЯ: Не было никакой…

ДЕНИСКА: Как спали, Харитон Степанович?

ОЛЯ: Плохо! Не знаю, в чем дело. Всю ночь на меня кто-то кричал. Только, понимаете ли, начну засыпать, как кто-то кричит: «Спать! Спать сейчас же!» А я от этого только просыпаюсь! А в довершение всей этой чертовщины на меня стали падать откуда-то разные продукты – яйца, что ли… По-моему, я во сне слышал запах котлет. (ДЕНИСКА понимает, что там была не собака)

ДЕНИСКА:  Потому что я думал – там собака… Кто-то так страшно рычал!

ОЛЯ: Я не рычал. Я, наверно, храпел?

ДЕНИСКА: Товарищ капитан! Было очень похоже на рычание. И я, наверно, немножко испугался. Извините меня.

ОЛЯ: Да я совершенно не сержусь. Клянусь своим именным кортиком.

ДЕНИСКА: Харитон Степанович, а вы в Сингапуре бывали?

ОЛЯ: Дааа, конечно, сто раз!

ДЕНИСКА: А вы там папу моего не встречали?

ОЛЯ снимает фуражку. Пауза.

 

КАРТИНА 4

Сначала слышится голос БИЛЕТЕРА.

 

БИЛЕТЕР (присаживается на свободный стул): Приготовьте билеты для проверки.

ДЕНИСКА заметался.

ОЛЯ: Что случилось?

ДЕНИСКА: У меня нет билета (шепотом).

ОЛЯ: Куда же ты едешь, Дениска?

ДЕНИСКА: У меня дело одно очень важное, мне назад нельзя. Мне надо найти…

БИЛЕТЕР: Ваш билетик.

ДЕНИСКА: Я тебе потом объясню.

ОЛЯ показывает билетик.

БИЛЕТЕР: А ты с кем, мальчик, едешь?

ДЕНИСКА: Я, я, я? (поворачивает голову то к Билетеру, то к Оле)

ОЛЯ: Он со мной.

ДЕНИСКА: Я с ней.

Пауза.

 

КАРТИНА 5

ДЕНИСКА отходит на середину сцены, взгляд в пол, ковыряет песок ножкой.

 

ДЕНИСКА: Знаешь, однажды вечером я сидел во дворе, возле песка, и ждал маму.

ОЛЯ: Ты ждал маму?

ДЕНИСКА: Ну, да. Она, наверно, задерживалась в институте, или в магазине, или, может быть, долго стояла на автобусной остановке. Не знаю.

ОЛЯ: Автобусы вечерами плохо ходят.

ДЕНИСКА: Да! Только все родители нашего двора уже пришли, и все ребята пошли с ними по домам и уже, наверно, пили чай с бубликами и брынзой, а моей мамы… все еще не было… (пауза, задумался) И мне захотелось есть, а мамы все не было.

ОЛЯ: А может она в пробке застряла?

ДЕНИСКА: Если бы я знал, что моя мама хочет есть и ждет меня где-то на краю света, я бы моментально к ней побежал, а не опаздывал бы и не заставлял ее сидеть и ждать.

ОЛЯ: Но ведь в конце концов мама пришла?

ДЕНИСКА: В конце концов пришел  Мишка, а он мой самый лучший друг во всем Детском доме. И я сказал ему: «Здорово!» И он сказал мне:

ОЛЯ (становится Мишкой): «Здорово! Ого, какой глобус! Где достал? А выключатель зачем? Ух, ты, горит! Его можно вертеть? Да? А? Ого! Дашь мне его домой?»

ДЕНИСКА: Нет, не дам. Подарок. Папа подарил перед отъездом в Сингапур.

ОЛЯ: «Не дашь глобус?»

ДЕНИСКА: Отвяжись, Мишка, без тебя тошно

ОЛЯ: «Ну, хочешь, я дам тебе плавательный круг?»

ДЕНИСКА: Он у тебя лопнутый.

ОЛЯ: «Ты его заклеишь!»

ДЕНИСКА: А плавать где? В ванной? По вторникам?

ОЛЯ: «Ну, была не была! Знай мою доброту! На!» (достает коробок из кармана)

ДЕНИСКА: Спичечный коробок? А что там?

ОЛЯ: «Сейчас открою его, тогда увидишь! (открывает и подносит к лицу Дениски)

ДЕНИСКА: Что это, что это такое? Там как будто где-то далеко-далеко от меня горит крошечная звездочка, и в то же время я сам держу ее сейчас в руках.

ОЛЯ: «Это светлячок! Что, хорош? Он живой, ты не думай.»

ДЕНИСКА: Бери мой глобус, хочешь? Навсегда бери, насовсем! А мне отдай эту звездочку, я ее домой возьму… (гаснет глобус, ревер)

ОЛЯ (становится собой): Смотри, какой он зеленый, словно в сказке.

ДЕНИСКА: Как он хоть и близко, на ладони, а светит, словно издалека… И я забыл про всех на белом свете.

ОЛЯ: И я забыла про всех на свете.

ДЕНИСКА: И тут пришла мама… И я очень обрадовался… И мы пошли домой.

ОЛЯ: А как же твой глобус?

ДЕНИСКА: Я, мама, променял его. На светлячка! Вот он, в коробочке живет.

ОЛЯ: Да, это волшебство! Но все-таки как ты решился отдать такую ценную вещь, как глобус за этого маленького червячка?

ДЕНИСКА: Я так долго ждал тебя, и мне было так грустно, а этот светлячок, он оказался лучше любого глобуса на свете.

ОЛЯ: А чем же, чем же именно он лучше?

ДЕНИСКА: Да как же ты не понимаешь?! Ведь он живой! И светится!..

Объявляют следующую станцию.

ОЛЯ: Ой, Дениска, это моя станция, мне выходить.

ДЕНИСКА: Тебе?

ОЛЯ: Нам.

 

Затемнение, финальная светлячковая песня.
Занавес под музыку поезда.